Кирилл Крок: «Театр ворвался в город»
Фестиваль «Вахтангов. Путь домой» завершился грандиозным концертом на площади Свободы. На специально построенной сцене выступили известные артисты из России и Осетии, включая Вахтанговца Виктора Добронравова с его коллективом, Валерию, Арсена Мукенди, группу «На-На», а также местные таланты — барабанщиков Осетии «Ритмы гор» и танцоров из ансамбля «Дети гор». Вечер был очень оживленным под звездным небом.
Владикавказ в эти дни не страдал от сильной жары, как Москва, благодаря близости гор. Однако вечером город накалялся от театральной жизни. Девиз Евгения Вахтангова «Нет праздника — нет спектакля» (полностью: «Бессмысленна тогда наша доброта. И нечем тогда увлечь зрителей») подсвечивался на мосту через Терек, подчеркивая праздничную атмосферу. Фестиваль Театра имени Вахтангова стал настоящим театральным событием, активно поддерживая культурное и социальное развитие родного города своего основателя.
Относительно уличной программы мнения разделились, хотя многие согласны, что появление уличного театра делает Владикавказ более карнавальным. Театральная программа в закрытых помещениях предложила широкое жанровое разнообразие. Два кукольных спектакля привлекли внимание: Золотомасочный «Авиатор» из Казани (театр «Экият») поразил использованием ледяных кукол для метафорического раскрытия темы памяти — исторической и личной. И «Мэри Поппинс» Рязанского театра кукол, собравшая семейную аудиторию.
Мюзикл «Дорогой мистер Смит» из Петербурга (Театр на Садовой) — диалог с непростой музыкой (Пол Гордон) и оригинальной анимацией (художник Вячеслав Окунев) — также имел успех. Алексей Франдетти представил классическую историю американской Золушки из сиротского приюта в необычном ключе.
Неожиданным и сильным впечатлением стал спектакль драматического театра из Бурятии имени Хоца Намсараева «Халхин-Гол. Тангарит», показанный на большой сцене Осетинского национального театра. Это стало открытием с нескольких сторон. Во-первых, тема: 85-летие битвы монгольской и Красной армий с японскими захватчиками на реке Халхин-Гол, представленная без лишнего пафоса.
Именно эта дата стала отправной точкой для худрука и режиссера театра Олега Юмова. Но выпускник ГИТИСа, ученик Сергея Женовача не пошел по проторенному пути вербатим, документального театра, хотя за основу спектакля действительно взял реальную историю 16 бурятских девушек-скотниц, проживавших на территории Монголии, которые в порыве патриотизма рвались на фронт, но оказались в полевом госпитале, где ухаживали за ранеными, выполняя грязную работу, вытаскивая на себе раненых с поля боя.
Одна из этих девушек — Чэмэд-Цэрэн — еще жива, ей сейчас 103 года. Олег Юмов отправился к ней в Монголию, записал интервью, и с ним уже поработал драматург Геннадий Башкуев — получилась пронзительная и страшная человеческая история на войне с динамичным сюжетом, полная неожиданных поворотов, с разработанными характерами, удивительными режиссерскими решениями. Это вторая важная сторона — драматургия: история эта не боится грязи и крови, которые и есть суть любой бойни. Она вещи называет своими словами, порой грубыми и низкими. Но при этом спектакль имеет эпический размах, монологи простых девушек ближе к финалу достойны монологов античных героев. Кроме крови и страданий здесь сильна линия любви (юная санитарка и русский летчик Василий), и, что важно, линия идеологическая, конца 30-х годов, использованная военными и штатскими карьеристами как инструмент личной выгоды, — это тоже было в нашей истории. В 1939 году, когда Япония попыталась установить контроль над монгольской территорией, на помощь монголам пришла рабоче-крестьянская Красная Армия, в рядах которой были как герои, так и мерзавцы-карьеристы.
Правдивость войны передана в игре артистов — которые как будто и не артисты вовсе, а какие-то кочевники, скотоводы, врачи и военные, оказавшиеся в предлагаемых обстоятельствах. Обстоятельствах, которые и не всякому здоровому мужику по силам, а тут девчонки деревенские… их на сцене 8 из 16 бывших в том настоящем полевом госпитале.
Но они не кочевники, а хорошо обученные в московской «Щуке» и питерском ЛГИТМИКе артисты. «Просто надо играть не играя», — объяснил мне после спектакля режиссер Олег Юмов, сочинивший удивительный спектакль, где нет ничего лишнего, искусственного. В декорациях — белые юрты, белые полотнища, словно крылья белых птиц, парящих над ними, но только не с плавным абрисом крыльев, а острым, резким (художник Сэсэг Дондокова). В жестком союзе с декорацией видеографика (Баир Батыев). Музыка Анастасии Дружининой и Юрия Банзарова с национальными корнями — и фон, и суть происходящего. Наконец, режиссером использованы элементы древних национальных мифов, которые легко вписываются в эту совсем недавнюю историю.
И вот что удивительно — артисты из Бурятии могли бы играть спектакль на родном языке, но они выучили монгольский, поскольку речь идет о бурятах, живших на монгольской территории. Для артистов оказалось это не так-то просто, потому что в самой Бурятии существует 21 диалект языка со своими особенностями. К тому же одна из артисток в силу рождения на определенной территории не понимает бурятского языка и говорит только на монгольском. И тем не менее выучили, играют.
Как рассказал режиссер, спектакль уже прокатили по шести городам Монголии, и современные монголы были потрясены тем, что их историю им рассказали Буряты из России.
Посмотрела спектакль и 103-летняя Чэмэд-Цэрэн. Она появится в спектакле на экране в финале. Благородный профиль, обветренный вековыми ветрами. Она как сама правда, и ее правде соответствовала правда сценическая, которая легко обошлась без привычного набора современности в костюме, в реквизите. Даже анимация повторяет особенности конструкций самолетов своего времени.
Ну а прощальный концерт, в котором участвовали популярные артисты из Москвы, из Осетии, красиво завершил второй всероссийский фестиваль «Вахтангов. Путь домой». Для него неделю на площади Свободы строили сцену и городок с белыми шатрами. Я спросила директора Вахтанговского театра Кирилла Крока, который в эти дни, как Фигаро, был везде:
— Почему второй год фестиваль открывается и закрывается на улице — парадом уличных компаний и гала-концертом на центральной площади?
— Прежде всего потому, чтобы театр вышел за пределы своих зданий, чтобы он ворвался в город. Это принципиально. И по тому, что я наблюдал здесь каждый день, могу сказать, что «Вахтангов. Путь домой» становится неотъемлемой частью Владикавказа. Это же подтвердил мне и мэр: он сказал, что фестиваль — главное событие лета. Я об этом раньше как-то не задумывался. Действительно, я встречал на проспекте Мира людей из разных городов — Москвы, Уфы, Нижнего Новгорода, Грозного, из Ставрополя, Махачкалы, которые говорили мне, что специально приехали сюда за Театром Вахтангова. Значит, авторитет театра, значимость его таковы, что у зрителей к нам огромный кредит доверия, если они решили провести с нами свой отпуск. На всех спектаклях были аншлаги. Хочу сказать спасибо всем, кто нам помогал сделать фестиваль и здесь, на месте, и в Москве. Но спасибо и тем, кто нам мешал: когда мешают, твои внутренние силы становятся еще сильнее.
Tradução para Português
O festival “Vakhtangov. Caminho para Casa” terminou com um grande concerto na Praça da Liberdade. No palco especialmente construído, apresentaram-se artistas conhecidos da Rússia e da Ossétia, incluindo Viktor Dobronravov do Vakhtangov com sua equipe, Valeriya, Arsen Mukendi, o grupo “Na-Na”, bem como talentos locais – os percussionistas da Ossétia “Ritmos das Montanhas” e os dançarinos do conjunto “Crianças das Montanhas”. A noite foi muito animada sob o céu estrelado.
Vladikavkaz, durante os dias do festival, não sofreu com o calor intenso como Moscou, graças à proximidade das montanhas. No entanto, à noite, a cidade fervilhava com a vida teatral. O lema de Evgeny Vakhtangov “Sem festa, sem espetáculo” (a frase completa é: “Então nossa bondade é sem sentido. E não há nada para cativar os espectadores”) era iluminado na ponte sobre o Terek, enfatizando a atmosfera festiva. O festival do Teatro Vakhtangov tornou-se um verdadeiro evento teatral, apoiando ativamente o desenvolvimento cultural e social da cidade natal de seu fundador.
Em relação ao programa de rua, as opiniões se dividiram, embora muitos concordem que a aparição do teatro de rua torna Vladikavkaz mais carnavalesca. O programa teatral em espaços fechados ofereceu uma ampla variedade de gêneros. Duas peças de teatro de bonecos chamaram a atenção: “O Aviador” do teatro “Ekiyat” de Kazan, premiado com a Máscara de Ouro, impressionou pelo uso de bonecos de gelo para abordar metaforicamente o tema da memória – histórica e pessoal. E “Mary Poppins” do Teatro de Bonecos de Ryazan atraiu um público familiar.
O musical “Querido Sr. Smith” de São Petersburgo (Teatro na Sadovaya) com música desafiadora (Paul Gordon) e animação original e inventiva (artista Vyacheslav Okunev) também foi um sucesso. Alexei Frandetti apresentou a clássica história da Cinderela americana de um orfanato de forma não trivial.
Uma impressão inesperada e poderosa foi a peça do teatro dramático da Buriátia nomeado após Khotsa Namsaraev “Khalkhin Gol. Tangarit”, apresentada no grande palco do Teatro Nacional Ossétio. Isso foi uma descoberta por vários ângulos. Primeiro, o tema: os 85 anos da batalha do exército mongol e do Exército Vermelho contra os invasores japoneses no rio Khalkhin Gol, apresentados sem pathos excessivo.
Essa data específica tornou-se o ponto de partida para o diretor artístico e encenador Oleg Yumov. Mas o graduado do GITIS, discípulo de Sergei Zhenovach, não seguiu o caminho batido do verbatim ou teatro documental, embora de fato tenha se baseado na história real de 16 jovens pastoras buriatas que viviam no território da Mongólia, que, em um acesso de patriotismo, correram para o front, mas acabaram em um hospital de campo, onde cuidavam dos feridos, realizando trabalhos sujos, arrastando feridos do campo de batalha.
Uma delas – Chemyd-Tseren – ainda está viva, com 103 anos. Oleg Yumov viajou até ela na Mongólia, gravou uma entrevista, e o dramaturgo Gennady Bashkuev trabalhou com ela – resultando em uma história humana pungente e terrível na guerra, com um enredo dinâmico, cheio de reviravoltas inesperadas, com personagens bem desenvolvidos, soluções de direção surpreendentes. Este é o segundo ponto – a dramaturgia: essa história não teme a sujeira e o sangue, que são a essência de qualquer matança. Ela chama as coisas por seus nomes, às vezes crus e baixos. Mas ao mesmo tempo, o espetáculo tem uma escala épica, os monólogos das simples moças perto do final são dignos de monólogos de heróis antigos. Além do sangue e do sofrimento, há uma forte linha de amor (a jovem sanitária e o piloto russo Vasily), e, o que é importante, a linha ideológica do final dos anos 30, usada por militares e civis carreiristas como instrumento de ganho pessoal – isso também fez parte de nossa história. Em 1939, quando o Japão tentou estabelecer controle sobre o território mongol, o Exército Vermelho de trabalhadores e camponeses veio em auxílio dos mongóis, e em suas fileiras havia tanto heróis quanto canalhas carreiristas.
A verdade sobre a guerra na peça do teatro da Buriátia está em tudo: nas realidades, nos personagens, na atuação dos artistas – que parecem não ser artistas de forma alguma, mas nômades, pastores, médicos e militares que se encontraram nas circunstâncias dadas. Circunstâncias que nem todo homem saudável suportaria, e aqui são moças camponesas… há 8 delas no palco das 16 que estiveram naquele hospital de campo real.
Mas elas não são nômades, mas artistas bem treinados na “Shchuka” de Moscou e no LGITMIK de São Petersburgo. “É só preciso atuar sem atuar”, explicou-me o diretor Oleg Yumov após o espetáculo, que criou uma peça maravilhosa, sem nada supérfluo, artificial. Nos cenários – yurts brancos, panos brancos, como asas de pássaros brancos pairando sobre eles, mas não com o contorno suave de asas, mas afiado, nítido (artista Seseg Dondokova). Em forte união com o cenário, a videografia (Bair Batyev). A música de Anastasia Druzhinina e Yuri Banzarov, com raízes nacionais – é tanto o fundo quanto a essência do que acontece. Finalmente, o diretor utilizou elementos de antigos mitos nacionais, que se encaixam facilmente nesta história bastante recente.
E o que é surpreendente – os artistas da Buriátia poderiam ter atuado na língua nativa, mas eles aprenderam mongol, já que a peça trata de buriatas que viviam no território mongol. Para os artistas, isso não foi tão simples, pois na própria Buriátia existem 21 dialetos com suas peculiaridades. Além disso, uma das atrizes, por ter nascido em determinada área, não entende a língua buriata e fala apenas mongol. No entanto, eles aprenderam e atuam.
Como o diretor me disse, o espetáculo já foi apresentado em seis cidades da Mongólia, e os mongóis modernos ficaram chocados com o fato de sua história ter sido contada a eles por buriatas da Rússia.
A Chemyd-Tseren, de 103 anos, também assistiu ao espetáculo. Ela aparece na tela no final. Um perfil nobre, marcado pelos ventos seculares. Ela é como a própria verdade, e a verdade cênica, que facilmente prescindiu do conjunto habitual de modernidade em figurino e adereços, correspondeu à sua verdade. Mesmo a animação repete as características dos projetos de aviões de sua época.
E o concerto de despedida, com a participação de artistas populares de Moscou e da Ossétia, encerrou lindamente o segundo festival russo “Vakhtangov. Caminho para Casa”. Para ele, um palco e uma cidade com tendas brancas foram construídos na Praça da Liberdade por uma semana. Perguntei ao diretor do Teatro Vakhtangov, Kirill Krok, que nestes dias, como Fígaro, estava em todos os lugares:
— Por que pelo segundo ano o festival abre e fecha na rua – com um desfile de companhias de rua e um concerto de gala na praça central?
— Principalmente porque o teatro precisa sair de seus prédios, para “invadir” a cidade. Isso é fundamental. E pelo que observei aqui todos os dias, posso dizer que “Vakhtangov. Caminho para Casa” está se tornando parte integrante de Vladikavkaz. Isso também me foi confirmado pelo prefeito: ele disse que o festival é o principal evento do verão. Eu não tinha pensado nisso antes. De fato, encontrei pessoas na Avenida Mir de diferentes cidades – Moscou, Ufa, Nizhny Novgorod, Grozny, Stavropol, Makhachkala, que me disseram que vieram aqui especialmente pelo Teatro Vakhtangov. Isso significa que a autoridade e a importância do teatro são tais que o público tem uma enorme confiança em nós, se decidiram passar as férias conosco. Todos os espetáculos tiveram lotação esgotada. Quero agradecer a todos que nos ajudaram a fazer o festival, tanto aqui quanto em Moscou. Mas obrigado também àqueles que nos atrapalharam: quando atrapalham, suas forças interiores se tornam ainda mais fortes.
